Любителям классики приключений в иллюстрированных изданиях эта новость будет интересна. В типографию отправился очередной том романов итальянца Эмилио Сальгари, прославившегося многочисленными историческим и приключенческими романами, среди которых особое место занимала так называемая пиратская романтика. В том "Разбойники Сахары. Пантеры Алжира. Грабители Эр-Рифа" вошли три романа из условного "африканского цикла".
В последний раз в издательской колонке новости о Сальгари были чуть больше года назад. Весной 2020 года был издан второй том романов из цикла о Сандокане. Тех читателей, что ждут конкретно продолжения данного цикла, успокоим: работа над третьим томом идёт, но конкретных дат пока нет. Пока — приключения с африканским колоритом.
Аннотация:
Эмилио Сальгари (1862–1911) — прославленный писатель, которого современники называли «итальянским Жюлем Верном», создавший около двухсот романов и рассказов. Кажется, нет такого континента, по которому не ходили бы персонажи его произведений, нет таких морей и океанов, по которым не плавали бы его благородные корсары и флибустьеры.
В настоящее издание вошли три романа из так называемого Африканского цикла, причём два из них — «Разбойники Сахары» и «Грабители Эр-Рифа» — выходят на русском языке впервые. В этих романах захватывающие приключения в лучших традициях Эмилио Сальгари происходят в Северной Африке, в краях безжалостных разбойников, религиозных фанатиков и экзотических красавиц.
Произведения сопровождаются иллюстрациями знаменитых итальянских художников Дженнаро Д’Амато и Альберто делла Валле.
Содержание:
Перевод с итальянского Светланы Резник и Ирины Соболевой
В оформлении обложки использован фрагмент картины Феликса Эмманюэля Анри Филиппото «Защита Мазаграна», 1840.
ISBN 978-5-389-17570-9
864 страницы
Иллюстрации обоих художников уже появлялись в отдельных томах собрания лучших романов Сальгари в серии "Мир приключений". В авторской колонке Александра Лютикова можно найти немного биографических подробностей о Дженнаро Д'Амато и Альберто делла Валле. В триумвирате с художником по имени Пипейн Гамба эти двое проиллюстрировали большую часть романов Сальгари.
Фронтиспис и титульная страница:
Шмуцтитулы:
Помимо уже отмеченных иллюстраций (на фронтисписе иллюстрация из "Разбойников Сахары") в книге 48 внутренних иллюстраций: 19 полностраничных и одна на половину страницы в "Разбойниках Сахары", 20 полностраничных в "Пантерах Алжира" и 8 иллюстраций на страницу в "Грабителях Эр-Рифа".
Примеры иллюстраций:
— "Разбойники Сахары";
— "Пантеры Алжира";
— "Грабители Эр-Рифа".
Напоследок — полное изображение художественного полотна, украсившего обложку. "Защита Мазаграна" — это одна из страниц французской истории периода завоевания Алжира. В первые дни февраля 1840 года сотня бойцов под командованием капитана Лельевра на протяжении нескольких суток удерживали занятую ими крепость в городе Мазагран, противостоя десятикратно превосходящим их гарнизон в числе войскам халифа Маскары, Мустафы бен Тами.
Менее тысячи дней и ночей, наполненных работой, понадобилось издательству "Азбука", чтобы выпустить в трёх томах настоящее сокровище — собрание арабских сказок. 30 января 2020 года из типографии прибыл первый тираж первой книги, а 6 июля нынешнего года по магазинам страны начал расходиться-раъезжаться-разлетаться третий том. Конечно, работа над проектом началась много раньше, чем свет увидела первая книга. Усилиями многих людей, включая специалистов с ФЛ, оказавших помощь в подготовке изданий, сказочная триада свода сказок "Тысяча и одной ночи" в переводе Михаила Салье и в сопровождении иллюстраций Николя Ушинав продаже целиком и во всей красе!
Перед тем, как представить третью книгу, несколько слов о проекте в целом и об уже вышедших томах.
В издательской колонке был опубликован большой материал о собрании сказок "Тысячи и одной ночи", о Михаиле Салье, Николае Ушине, курировавшем проект в самом начале Александре Лютикове, составе трёхтомника и его уникальности.
И вот, спустя год с небольшим, встречаем третью книгу.
Аннотация:
Редкая книга может сравниться по красоте и увлекательности со сказками «Тысячи и одной ночи», чей замысловатый текст напоминает хитроумные узоры персидских ковров. Трогательные повести о романтических влюблённых, увлекательные рассказы о героических путешествиях, забавные повествования о хитростях коварных жён и мести обманутых мужей, сказки о джиннах, коврах-самолётах, волшебных светильниках — эти удивительные, захватывающие, таинственные, зачастую лишённые налёта скромности произведения воплощают всю прелесть и красоту средневекового Востока!
Перевод на русский язык сказок «Тысячи и одной ночи», выполненный Михаилом Салье и передающий всё своеобразие и колорит оригинала, давно считается классическим. Однако полного издания этого выдающегося труда до сих пор не было. Пришло время исправить это досадное упущение! Предлагаем читателям собрание сказок, выверенное по классическому восьмитомнику 1929–1939 годов, а также другим редким публикациям, с восстановлением всех цензурных сокращений. Издание сопровождается иллюстрациями замечательного петербургского художника Николая Алексеевича Ушина, за которые он получил Золотую медаль на Всемирной выставке 1937 года, проходившей в Париже.
В третью книгу вошли сказки, рассказанные Шахразадой в 719–1001-ю ночи. Также в том включены сказки, не вошедшие в классическое восьмитомное собрание. Среди них такие известные сюжеты, как «Халиф на час», «Рассказ про Ала-ад-дина и заколдованный светильник», «Рассказ про Али-Бабу и сорок воров» и другие.
Особо стоит отметить, что в третьей книге на странице 935 опубликована пропущенная ранее иллюстрация к странице 48 первого тома.
Перевод с арабского, статья и примечания Михаила Салье
Иллюстрации Николая Ушина
Руководитель проекта Александр Лютиков
Оформление обложки Татьяны Павловой
Иллюстрация на обложке Леона Карре
Издательство выражает благодарность Дмитрию Владимировичу Пархутину за помощь, оказанную при подготовке настоящего издания.
ISBN 978-5-389-08709-5
1280 страниц
Титульные страницы:
Содержание:
Примеры разворотов:
(список будет обновляться по мере появления книги в магазинах)
Любителям иллюстрированной классики также будет интересно узнать о поступлении на склад тиража книги Карла Мая"Виннету. Сын вождя". 7 июля книга поступила на склад и в скором времени появится в продаже.
История "Американского вампира" выходит на новый виток: этим лето в "Азбуке" вышел уже четвертый том знаменитого комикса. Рассказываем в подробностях, почему он будет интересен даже читателям, которые прохладно относятся к вампирам (но при этом любят историю).
Вампир не может быть бледным частным детективом, который пьет «Кровавую Мэри» и работает только по ночам,
томным джентльменом-южанином, анорексичной девой или волооким красавчиком.
Кем же он может быть?
Убийцей, детка.
Стивен Кинг в предисловии
к «Американскому вампиру»
Как получилось, что вампиры из героев ночных кошмаров превратились в героев романтических грез? Наверное, этот потенциал в них был заложен изначально: дети ночи, одинокие бледные охотники, пьющие кровь из нежной шеи жертвы – если есть принцы-лягушки, то чем хуже летучие мыши? И притягательный ужас «Дракулы» или «Кармиллы» постепенно сменился влечением, с помощью которого крайне легко манипулировать читателем: условный Эдвард Каллен – запретный плод, а отношения с ним, хоть и подходят под каждый признак нездоровых, неизменно привлекают аудиторию. Вампиры из хищников и убийц становятся либо великомучениками, либо обаятельными психопатами, с которыми в конечном итоге почему-то все равно можно жить долго (очень долго!) и счастливо. Нет, не такое кровавое наследие завещали нам великие авторы вампирских романов, не для этого звучала на заре кинематографа симфония ужаса Фридриха Мурнау – и об этом, к счастью, все еще помнит знаменитый сценарист Скотт Снайдер, создатель комикса «Американский вампир».
Снайдер, задумавший историю о по-настоящему страшных вампирах, позвал к себе в компанию Великого и Ужасного Стивена Кинга. С Кингом их связывает не только общая профессия: будучи ребенком, Снайдер познакомился с романом Кинга «Глаза дракона», который и вдохновил его на создание собственных историй. И вот, много лет спустя, вопрос о сотрудничестве с Кингом решился посредством простого мейла. Снайдер хотел, чтобы король ужасов помог ему написать кровавую предысторию первого американского вампира: набросок сюжета у него уже был, а от Кинга требовалось вдохнуть в эту историю жизнь – или смерть.
Итак, наш герой Скиннер Свит – вампир нового поколения, он же американский вампир. Бледные аристократичные родичи со Старого Света мало что могут противопоставить Свиту: в отличие от них, он не боится ни солнца, веками ограничивавшего вампиров, ни осиновых колов. А вот в кровожадности американский вампир не уступает европейским, что неудивительно – достаточно вспомнить «человеческую» главу его жизни, когда Свит разбойничал на просторах Дикого Запада. Эту главу для «Американского вампира» и написал Стивен Кинг, гроза современных гламурных монстров.
Скиннер Свит возродился к новой вампирской жизни в конце XIX века в штате Колорадо. Впрочем, он и до перевоплощения успел попортить крови местным жителям: Свит был отпетым бандитом, и потому единственными пожеланиями в его адрес после ареста были выкрики «Скиннера Свита мало повесить! Сжечь его живьем!». К концу 1870-х Свит считался одним из самых опасных преступников на западе Америки: убийца, банковский налетчик – послужной список можно продолжать и продолжать. Наконец-то поймали его только в 1880-м, и не кто-нибудь, а сыщик из легендарного агентства Пинкертона. Этот арест оказался для Скиннера Свита роковым, но вовсе не в том смысле, в котором он сам и окружающие могли предполагать. Нет, вовсе не казнь ждет этого отъявленного негодяя – его ждет жизнь вечная…
Упоминание Пинкертона – только начало отсылок к реальной истории Америки. В соседней главе героиня Перл Джонс вспоминает о первом в жизни киносеансе, где показывали «Путешествие на Луну» одного из отцов кинематографа Жоржа Мельеса, а сама работает статисткой в молодом Голливуде. Бессмертные герои дают читателям возможность не только без конца наблюдать за их жизненными передрягами, но и смотреть на мировую историю их глазами: кто-нибудь все время лезет в самую гущу событий. Легендарный Запад 1880-х, заря Голливуда в 1920-х, Вторая Мировая война и рок-н-ролльные 1950-е – и это еще не полный список исторических отрезков, которые покажет «Американский вампир».
Скиннер Свит во всеоружии
Очевидно, что через участие героев в реальных исторических событиях Скотт Снайдер в том числе пытается исследовать американскую идентичность, представление местных о своей роли в истории. Это представление выражается в том числе в новом витке извечного противостояния Америки и Европы, перешедшего на уровень сверхъестественных разборок. И хотя европейские вампиры все еще пытаются оказывать влияние на внутренние дела Америки, этому рано или поздно должен прийти конец. Дряхлые старосветские традиции уже ни к чему, когда на арену выходит улучшенный подвид кровопийцы, свободный от слабостей своих предков. Скиннер Свит уникален, это независимый одиночка со сложным прошлым и туманным будущим, по всем канонам американской мечты сам прокладывающий себе дорогу. Кстати, есть и еще одна интересная особенность у американских вампиров: серебро этих существ вообще не пугает – золотая лихорадка распространилась и на этот аспект.
Хронология «Американского вампира» построена не случайным образом: каждый упоминаемый период – это ступень в развитии Америки, момент закладывания очередного кирпичика в строение великого американского мифа. За чтением «Американского вампира» невольно вспоминаешь еще одно историко-вампирское произведение, претендующее на раскрытие «реальных» обстоятельств политической карьеры самого знаменитого президента США. Это роман Сета Грэма-Смита «Авраам Линкольн: Охотник на вампиров», вышедший в один год с «Американским вампиром» и вскоре экранизированный. Здесь вампиры – это не просто сверхъестественные существа. Что в истории охотника Линкольна, что в «Американском вампире» они пьют кровь не только физически, но и метафорически: вампиры-рабовладельцы, вампиры-колонизаторы, даже голливудские продюсеры – все они вытягивают последнее из своих жертв.
При сравнении двух историй кажется, что Грэм-Смит и Снайдер втихаря договорились поделить историческую территорию: в «Американском вампире» почти не затрагивается Гражданская война, одно из главных событий за всю историю страны. Но это намеренный пропуск, ведь Скиннер Свит не случайно начинает новую жизнь именно на Диком Западе 1880-х. Скиннер Свит образец того, что в Америке называют rugged individualism, жесткий индивидуализм, пришедший как раз с Дикого Запада, где выживают только сильнейшие, придерживающиеся принципа «каждый сам за себя». Кроме того, он еще и самый американский американец: с одной стороны, первый представитель своего вида из некоренных жителей США, с другой – к его рождению приложили руки и клыки самые настоящие европейские колонизаторы вампирского толка.
Дикий Запад, 1887 г.
Один из самых ярких периодов в «Американском вампире» — Вторая Мировая война, которой посвящена глава «Война призраков». И это же один из лучших примеров работы Снайдера с реальным прошлым, на этот раз касающийся темной страницы японский истории. Специальный отряд по борьбе с вампирами оказывается на вымышленном острове Тайпан недалеко от берегов Японии, где должны высадиться войска союзников. Но есть загвоздка: на Тайпане засилье местного подвида вампиров, который совсем не похож на человекоподобных вампиров Запада и представляет куда большую опасность для людей. Но в этом с виду простом деле оказывается замешан «Объект Отряда 732» — очевидная отсылка к реально существовавшему «Отряду 731», занимавшемуся разработкой биологического оружия для японской армии. Это подразделение проводило жесточайшие опыты на людях, в основном на соседях-китайцах, и многие врачи и ученые, состоявшие в «Отряде 731», в послевоенной Японии так и не были наказаны. В «Американском вампире» же им чуть было не удалось уничтожить мир бомбами с кровью тайпанских вампиров, которая превращает людей в монстров за считаные минуты. Здесь-то и проявляют свой редкий героизм американские вампиры…
Комплекс зданий "Отряда 731"
Скиннер Свит, сам того не желая, демонстрирует читателям эволюцию американских культурных стереотипов, которые мы можем наблюдать в кино: то он воюет с индейскими племенами, то размахивает револьверами и грабит банки, то щурится от блеска голливудских звезд, то доблестно борется с врагами Америки. Но будет ли Скиннер Свит вечным символом, или на смену ему придут новые поколения вампиров, даже, возможно, и не пьющих кровь? Есть ли этому гротескному злодею и цинику место в новом мире, где умами людей завладеют музыкальные звезды, а конформистский средний класс станет главным врагом молодежи? В 1950-х, когда начинается новая эпоха американской истории, герои меняются вместе с окружающими обстоятельствами, и небритый бандит Свит будет бороться уже не с европейскими аристократами, а с набриолиненными рыцарями рок-н-ролла – этим переворотом и завершается третий том российского издания.
В июле 2021 года «Азбука» выпустила четвертый том «Американского вампира», в который вошел так называемый "второй цикл". Он был издан после солидного перерыва, который Скотт Снайдер брал для работы над другими комиксами, в частности, над «Бэтменом». Второй цикл рассказывает о середине 1960-х, когда Скиннер Свит, Перл Джонс и вся вампирская братия Америки переживает не лучшие времена. Как впишется в эту обстановку Скиннер, который уже в 50-х казался устаревшим экземпляром? Ведь мир превращается в ад, и дело даже не в войне во Вьетнаме (хотя некоторые сверкающие огнем развороты комикса больше всего напоминают о военных действиях). За чтением второго цикла не раз вспоминаются другие истории о 60-х: «Ребенок Розмари», собравший в себе половину человеческих страхов и всю возможную чертовщину, и созданный под гнетом впечатлений от войны во Вьетнаме дьявольский «Апокалипсис сегодня». И раз уж в новом «Американском вампире» разверзнутся пучины подземного ада, то и небеса вынуждены будут вступить в конфликт: может, и космических вампиров скоро увидим, как знать…
Несмотря на долгий перерыв в работе над «Американским вампиром» Скотт Снайдер заверял, что вернуться именно к этому комиксу для него оказалось проще простого – прямо как вернуться домой. По словам Снайдера, «Американский вампир» – его любимое детище, потому что включает в себя все возможные жанры, от хоррора и трагедии до мыльной оперы, и это настоящая альтернативно-историческая сага. Но главная тема, кроваво-красной нитью проходящая через все истории «Американского вампира» это попытка понять, что делает монстрами нас, обычных жителей Земли, которых легче легкого убить хоть осиновым колом, хоть серебряной пулей – но которые изо дня в день продолжают пить кровь друг друга.
Для начала — архивное фото из 1947 года, где в левом углу сверкает улыбкой без двух передних зубов герой сегодняшнего анонса.
По времени где-то между "Вавилон-17" и "Дальгреном" взорвалась "Нова". В возрасте 25 лет сын Нью-Йорка и дитя своего времени Сэмюел Р. Дилэни закончил роман "Нова", который впервые был издан в 1968 году. К этому времени Дилэни уже ворвался в фантастическое сообщество, убедив народ, что он не случайный пассажир. Несколько номинаций на "Хьюго" и "Небьюлу" и трижды лауреат Nebula Awards в течение двух лет. Молодой, эксцентричный, чернокожий, восхитительный, неудержимый — другими словами: талант и вундеркинд, изменивший правила игры в научной фантастике и вырвавшийся за горизонт событий жанра. Игравший с жанровыми основами и источниками вдохновения, творивший не просто новые миры, но новый литературный язык. Настоящий Nova — и не просто "новая звезда", но "Сверхновая". Не боящийся опасных тем.
В 1967 году уже был написан получивший "Небьюлу" рассказ "Да, и Гоморра...", позже давший название авторскому сборнику малой прозы. Название рассказа из далёких 60-х передаёт горячий привет современному миру и обществу, в котором стремление человеческое к тому, за что Бог уничтожил два города, стало одним из главных импульсов социальных перемен и важнейшей темой глобальной политической повестки. Учитывая жизненный выбор самого Дилэни, название рассказа стновится ещё более острым и жизненным. Заложивший за пару десятилетий до появления киберпанка основы этого направления НФ роман "Нова" и расширенная версия сборника "Да, и Гоморра" (Aye, and Gomorrah and Other Stories) в составе одного тома в серии "Звёзды мировой фантастики" уже в типографии!
Аннотация:
Сэмюел Дилэни — ярчайшая звезда фантастики XX века, один из символов американской «новой волны» наряду с Урсулой Ле Гуин и Роджером Желязны и один из её тончайших стилистов, лауреат обильного урожая главных жанровых премий: четыре «Небьюлы» и «Хьюго» — и всё это, когда ему еще и не исполнилось 27 лет. Данная книга содержит самый яркий роман его классического периода — «Нова», заложивший один из кирпичиков того, что через полтора десятилетия стало киберпанком, а также практически полное собрание короткой формы мастера — самую позднюю, расширенную версию авторского сборника «Да, и Гоморра»; роман представлен в новом переводе, многие рассказы и повести публикуются по-русски впервые, остальные — в новой редакции. Вместе с Лорком фон Рэем и киберштырями «Птицы Рух» вы нырнёте в сердце коллапсирующей звезды, на Звёздной Станции у края галактики проводите в бесконечную ночь золотых детей, и, обзаведясь жабрами и перепонками, погрузитесь в океанские глубины, и ощутите время как спираль из полудрагоценных камней…
«Дилэни — не просто один из лучших фантастов современности, но и выдающийся литератор вообще говоря, изобретатель собственного неповторимого стиля» (Умберто Эко).
Перевод с английского Татьяны Боровиковой, Николая Караева, Марины Клеветенко, Геннадия Корчагина, Владимира Кучерявкина, Светланы Силаковой
Оформление обложки Татьяны Павловой
Иллюстрация на обложке Стефана Мартиньера (Stephan Martiniere)
ISBN 978-5-389-15999-0
640 страниц
Копирайты:
Содержание:
Немного подробностей о романе и сборнике.
"Нова" (Nova), как уже было написано выше, был закончен Дилэни, когда ему было 25, то есть году в 1966-м. Однако публикация романа задержалась примерно на два года. Первое издание увидело свет в Doubleday в августе 1968 года. Обложку для книги создал Рассел Фицджеральд (Russell FitzGerald).
Обложка с корешком первого книжного издания романа "Нова" (Doubleday, 1968)
Интересные факты о художнике. У него были общие черты с Дилэни. Фицджеральд состоялся как художник к 60-м, к выбору художественного стиля, как и к определённому жизненному выбору, отчасти его подтолкнула связь с художественной тусовкой Сан-Франциско. Фицджеральд был гомосексуален, хотя в 1963 году женился на Доре Дулл, партнёрше поэта Гарольда Дулла, кто также известен как основатель Ватсу (Watsu) — практики водной терапии, разновидности йоги. У Доры было две дочери-близняшки. Фицджеральд был верующим католиком, и в его творчестве явно прослеживались мотивы религиозной иконографии и явное влияние тем сексуальности и антирасизма. Художник также пробовал себя в роли писателя и много читал: в круг его читательских интересов входили разные авторы — от Оскара Уайльда и Джеймса Джойса до Жана Кокто, Бодлера и Грэма Грина. В его творчестве было явно заметно влияние Уильяма Блейка.
В 60-е он активно создавал обложки к фантастическим романам. Помимо обложки для первого издания "Новы" для Дилэни он также сделал обложки для трилогии "Падение башен", изданной в трёх книгах британским издательством Sphere Books в 1968-1969 годах. Кстати, само название трилогии тоже кажется пророческим для Америки. На эти обложки явно стоит взглянуть. Умер художник в 1978 году в возрасте 46 лет: его погубила склонность к злоупотреблению алкоголем.
Вернёмся к "Нове". Космоопера о цивилизации XXXII столетия, дальний предтеча киберпанка, а по словам критика Джудит Меррил, "построенная на свойственных жанру НФ идиомах новая мифология, архетипическая мифическая и мистическая аллегория, в которой важное место занимают карты Таро и Грааль". В одном из отзывов на странице романа на ФЛ читатель с ником Frd981 так представляет "Нову":
цитата
В бурные 60-е прошлого века фантасты писали не просто романы. Они создавали Романы. Повествование в них, имеющее множество слоёв, настолько многопланово, что эти тексты стали больше похожими на философские притчи, чем на что-то, созданное для развлечения.
К 3172 году власть и влияние в галактике поделено между двумя фракциями — сектором Дракона с центром на Земле и более молодой Федерацией Плеяд. Тем и другим нужен контроль над Внешними Колониями, где добывается важный для космических перелётов и процесса терраформирования планет иллирий. Соперники готовы пойти на всё, чтобы раздобыть больше этого вещества, и команды от обеих сторон вступают в противоборство а право завладеть богатым источником иллирия, который выработает сверхновая звезда. Плеяды намерены свергнуть гегемонию Дракона, нарушив баланс сил.
Роман многократно переиздавался, и ему весьма везло с обложками: много красивых изданий. Давайте посмотрим на некоторые из них. Картинки по порядку:
— Bantam Books, 1969, автор иллюстрации на обложке неизвестен;
— Bantam Books, первое издание: 1975, обложка Эдди Джонса;
— J'ai Lu, 1977, обложка Криса Фосса;
— Gradivus, 1978, обложка Эдди Джонса;
— Gollancz, 1986, обложка Тони Робертса;
— Gollancz, первое издание: 2001, обложка Криса Мура.
Роман был включён в список ста лучших НФ-романов редактором научной фантастики Дэвидом Принглом (David Pringle), специалистом по творчеству Дж. Г. Балларда, одним и основателей британского журнала Interzone и его редактором с 1988 по 2004 годы. В 1985 году вышла его книга Science Fiction: The 100 Best Novels, An English-Language Selection, 1949–1984. Из названия понятно, что это список ста лучших фантастических романов на английском языке в период с 1949 по 1984 годы. О каждом из романов в книге было небольшое эссе, вступительное слово к этому топ-листу написал Майкл Муркок. "Нова" по году выхода попала в список аккурат между "одногодками" "Стоять на Занзибаре" Браннера и "Мечтают ли андроиды об электроовцах?" Дика. Интересно, что замыкает список ста лучших романов "Нейромант" Гибсона — канон жанра киберпанк.
В "Нове" уже явно слышатся пока ещё шёпоты не набравших силу голосов из грядущего "Дальгрена" — романа, в котором Дилэни продолжит использовать в своей прозе фантастические элементы, но уже только в роли подпорок для более сложных экспериментальных тем, где поэтика языка повествования придаёт литературное оправдание сексу, которым, чем дальше, тем больше будут пропитываться тексты автора. Между "Новой" и "Дальгреном" переходной точкой стал роман "The Tides of Lust" ("Приливы похоти"), также известный под названием "Equinox" ("Равноденствие") — горячая фантазия о сексе и насилии, история о развернувшейся в маленьком порту в Америке вакханалии после прибытия туда капитана-афроамериканца. Достаточно показать обложку издания 1993 года от Masquerade Books. Первое издание романа, ещё под названием "The Tides of Lust", вышло в пейпербэке в 1973 году в маленьком нью-йоркском издательстве Lancer Books, как раз в год его банкротства.
Столь резкий переход в материале от НФ-периода в творчестве Дилэни к его более поздним работам не для того, чтобы попортить кровь моралистам. Через те же "Приливы похоти" легче перейти к большому сборнику рассказов "Aye, and Gomorrah and Other Stories". В том в серии "Звёзды мировой фантастики" включена, как указано в аннотации, самая поздняя версия сборника.
Обложка издания 2003 года (Vintage Books, иллюстрация на обложке — Юкимаса Хирота):
Заглавный рассказ сборника — "Да, и Гоморра...". Он написан в 1967 году и в том же году взял "Небьюлу" как лучший фантастический рассказ. Первая книжная публикация — в составе антологии Харлана Эллисона "Опасные видения" (Dangerous Visions), изданной в том же году в Doubleday. Обложка — Диана и Лео Диллон. Рассказ Дилэни закрывал антологию и находился в очень хорошей компании, среди великих имён.
Разворот обложки сборника:
"Да, и Гоморра...", несмотря на своё название, явно отсылающее к знаменитым библейским событиям, это — фантастика "новой волны". Рассказ о спейсерах — генетически модифицированных людях. Они могут с лёгкостью перемещаться в космическом пространстве, не боясь воздействия радиации. Но для этого их стерилизовали и лишили возможности достичь полового созревания. Друг для друга они обращаются "оно". Спейсеры — это космические андрогины, но им тоже нужна любовь. Дать ей могут только фрелки. Спейсеры — это их фетиш. Их привлекает искусственная недостижимость спейсеров как сексуальных объектов и то, что они не могут испытывать чувства, как обычные люди. Рассказ "Да, и Гоморра..." был назван редактором фантастического журнала Foundation Грэмом Слейтом (Graham Sleight) "ревизионистским подходом" к теме рассказа Кордвайнера Смита "Сканеры живут напрасно" (Scanners Live in Vain).
Первая публикация рассказа "Сканеры живут напрасно" в номере 6 журнала Fantasy Book (том 1) за 1950 год, обложка номера Джека Гогэна (Jack Gaughan) иллюстрирует как раз рассказ Кордвайнера Смита:
В этом рассказе 1950 года поднимается тема необходимости людей жертвовать чем-то важным ради возможности покорять космос. У Смита из-за эффекта Космической боли в космос могут летать только хаберманы — люди, которых искусственно лишили всех чувств. В этих двух рассказах разных авторов есть общая центральная идея: научные прогресс и приносимые им блага для человечества лишают человека главного — несовершенства. Несовершенны люди из-за того, что у них есть чувства, во власти которых они находятся всю жизнь. И в этом несовершенстве — красота человека и сила человечества.
Возможно, именно по этой причине, желая сохранить несовершенство человека, Дилэни в итоге и отошёл от научной фантастики, экспериментируя в своей прозе с чувствами и чувственностью. Но при этом он успел за несколько лет сказать в жанре научной фантастики очень многое, совершить настоящий научный прорыв в жанре, который всё сложнее становилось называть литературой только для развлечения. Каждый рассказ в сборнике, как и роман "Нова", яркое тому свидетельство. Как эта фотография автора, которая очень хорошо подходит для финала материала.
И уже за рамками пространного рассказа о книге Дилэни коротко стоит упомянуть иллюстрацию на обложке тома работы Стефана Мартиньера (Мартинье). Иллюстрации его авторства украшают, к примеру, обложки "Нам, живущим. Реквием"Хайнлайна и "Дракон не спит никогда"Кука. Работа художника, украшающая обложку тома Дилэни, в оригинале называется Saturn. Обложка впервые появилась в издании от Ace Books 2007 года романа Шона Уильямса Saturn Returns, открывшего цикл Astropolis.
Для нового анонса, вопреки сложившейся традиции, когда материал начинается с биографической справки об авторе, хочется вместо парадного портрета писателя представить фотографию человека за работой.
Встречайте: Франсуа Борд, профессор палеоантропологии университета Бордо и специалист по геологии и истории четвертичного периода (другими словами — современного этапа истории Земли, начавшегося всего-то 2,6 миллиона лет назад), автор более двухсот работ по геологии и истории, воссоздавший своими руками более 100 000 древних каменных орудий труда и для охоты 63 типов. В мире науки он был настоящим "древним человеком" в самом лучшем смысле слова, так как сделанные им инструменты приходилось помечать особыми метками, чтобы отличить от настоящих изделий первобытных людей, настолько аутентично они выглядели. В литературном мире, напротив, он прославился как человек, внесший заметный вклад в развитие жанра НФ в золотой для неё период 50-х и начала 60-х. Читатели, критики и коллеги по цеху знали его под именем Франсис Карсак.
Профессор Борд на раскопках в районе пещер Пеш-де-л'Азе (Pech-de-l'Azé) в департаменте Дордонь, недалеко откуда, на кладбище коммуны Карсак-Айлак (Carsac-Aillac), ныне находится его могила:
В детстве будущий учёный и писатель зачитывался классикой первобытных приключений — романом "Борьба за огонь" Жозефа Рони-старшего, выдержавшего с 1909 года множества переизданий. Во взрослой жизни месье Борд успешно совместил увлечение историей пещерных людей с писательской карьерой, только пошёл чуть дальше, чем его любимый писатель.
Обложка иллюстрированного издания романа "Борьба за огонь" (1921) от издательства Пьера Лафитта, открывшего миру Мориса Леблана и его Арсена Люпена:
Он стал писать научную фантастику и преуспел в этом. Сегодня его имя стоит в одном ряду с именами великих Р. Хайнлайна, Э. Гамильтона, А. Кларка, П. Андерсона. Хотя, памятуя о происхождении Франсиса Карсака, прежде всего на ум приходит, конечно, Жюль Верн — один из великих робинзонов жанра в его современном виде, прокладывавший в одиночку маршруты там, куда впоследствии направят космические флотилии своей фантазии сотни писателей-фантастов. Поэтому то, то что можно назвать практически полным собранием сочинений Карсака в двух внушительных омнибусах стартует с тома "Робинзоны космоса". Книга уже в типографии!
Впервые к фантастике Франсуа Борд обратился в годы Второй Мировой войны. Ещё вот только что он был студентом Тулузского университета, где изучал ботанику и геологию, и вот он на войне. В рядах движения Сопротивления между 1943-1944 годами, где-то в зимних лесах Дордони, в районе деревни Бельвес (Belvès), молодой учёный, ещё не завершивший обучение, берётся за перо. Первым литературным опытом стал роман "На бесплодной планете" (Sur un monde stérile). Впервые роман был опубликован уже после смерти писателя Франсиса Карсака, в 1996 году. Роман вышел в составе первого омнибуса из полного собрания сочинений Карсака, изданного Lefrancq. Общий объём "На бесплодной планете" — порядка 200 страниц.
Как сам роман был от и до наивным (в духе рассказов из палповых фантастических журналов) и проникнутым идеалистическими стремлениями автора оказаться не посреди истерзанной войной Европы, а в будущем, в котором люди уже летают на Марс, так наивно и полагать, что в подобных условиях человек, не помышлявший доселе о литературном творчестве, выдаст великий научно-фантастический роман. Читатели, кому удалось прочесть первый опус Карсака в переводе Льва Самуйлова, ставят тексту в минус идеализм, но не могут отрицать, что уже в 40-х годах у будущего классика НФ явно были задатки хорошего писателя. История о полёте на Марс, несмотря на стремление автора оказаться в лучшем месте, где нет войны, всё равно срывается в итоге на драму и марсианский военный конфликт.
Франсуа Борд в самом романтическом возрасте (1935 год, выпускник школы):
Настоящий литературный дебют у Карсака состоялся примерно через 10 лет, когда война закончилась, он доучился и получил степень доктора наук, опубликовал свои первые научные работы. Роман "Пришельцы ниоткуда" (Ceux de nulle part) впервые был издан в 1954 году и стал блестящим стартом для начинающего автора. Настоящая космоопера о дальних космических странствиях, удивительных мирах и сражении с гасителями звёзд, повлиявшая на развитие всего жанра. Через несколько лет, уже в начале следующего десятилетия, история получила продолжение в романе "Этот мир — наш", и оба произведения объединились в цикл "Галактическое Содружество".
Эти романы будут изданы в следующем омнибусе собрания сочинений Карсака, о котором расскажем подробнее в финале материала, поэтому не будем более вдаваться в подробности путешествия профессора Клэра на на корабле пришельцев, кому он помог разжиться вольфрамом для починки судна, а только покажем обложку первого книжного издания от Gallimard. Книга, иллюстрацию на обложке для которой создал Андрэ Трой, вышла в серии Le Rayon Fantastique под порядковым номером 23 и разбила гегемонию "англо-саксонских авторов", романы которых издавались в серии до этого. Карсак стал первым французским автором в серии — и каким! Но, о первом романе ещё будет возможность поговорить...
Раз дошли до активного периода творчества Франсиса Карсака, самое время представить первый омнибус и его состав.
Аннотация:
Франция не очень фантастическая страна по сравнению, например, с Америкой. Кого, кроме Жюля Верна, вы можете вспомнить из французских фантастов? Почти никого. Рони-старший с его «Борьбой за огонь», Морис Ренар, Жерар Клейн... Кто ещё? Но есть в фантастике Франции имя, которое наш отечественный читатель знает наверняка, — Франсис Карсак. Роман «Робинзоны космоса», переведённый и опубликованный в нашей стране в самом начале 1960-х, сразу же вывел Карсака на одно из ведущих мест в рейтинге симпатий российских читателей. Вселенская катастрофа, кусок планеты отрывается от Земли, и люди, на нём живущие, оказываются в миллионах километров от дома, в мире, который нужно освоить и покорить.
Из крупных произведений, кроме «Робинзонов космоса», в этот том вошли: «Бегство Земли», книга о человеке из далёкого будущего, рассказавшем людям современной эпохи о том, какая беда поставит под угрозу планету и как правнуки ради спасения человечества решатся на грандиозный эксперимент — «побег» Земли на орбиту чужого солнца; а также знаменитые «Львы Эльдорадо» и повести, примыкающие к роману, — история о человеке и о льве, разумном помощнике человека, о планете Эльдорадо, её бедах и её защитниках.
В корпусе произведений Карсака, представленных в этом томе, восстановлены сокращения и пропуски, допущенные в предыдущих изданиях; многие из вошедших в книгу работ писателя публикуются на русском впервые.
Перевод с французского Владилена Каспарова, Феликса Мендельсона, Льва Самуйлова
Оформление обложки Татьяны Павловой
Иллюстрация на обложке и контртитуле Виталия Еклериса
ISBN 978-5-389-19032-0
736 страниц
Копирайты:
Содержание:
Иллюстрация Виталия Еклериса:
С "Робинзонов космоса" и "Бегства Земли" для автора материала в школьные 90-е годы началось знакомство с творчеством Карсака. И по тем временам это было как "вспышка, шок, прозрение, любовь". Оба романа настолько запали в память, что даже спустя много лет эти произведения находятся в списке любимого из НФ. Кстати, примерно в то же время, или чуть раньше, была впервые прочитана и книга, вдохновившая Карсака (Борда) на научную и писательскую карьеры — "Борьба за огонь". И в том, и в другом случае мастерство французских авторов было оценено по достоинству. И очень интересно, как через столько лет и после стольких прочитанных книг, будет принят Карсак снова: всё же одно и наиболее ярких впечатлений на заре увлечения фантастикой, наряду с Гамильтоном, Желязны, Кларком, Саймаком и прочими большими именами.
"Робинзоны космоса" (Les robinsons du cosmos) впервые были опубликованы в 1955 году в издательстве Gallimard в 34 выпуске серии Le Rayon Fantastique.
К тому времени Франсуа Борд уже пользовался псевдонимом Франсис Карсак. Его он впервые использовал для публикации "Пришельцев ниоткуда". Псевдоним был надёжным прикрытием для коллег по научной деятельности, поскольку учёные в то время особо не жаловали фантастов. Так что пришлось чуть изменить имя, а для фамилии, как уже заметили внимательные читатели этого материала, Борд взял название городка Карсак, недалеко от которого он проводил раскопки. В тот период Карсак уже был известным профессором, много ездил по работе в Америку, где, благодаря отличному знанию английского и увлечению англо-американской НФ, познакомился и стал дружен с семьями писателей Пола Андерсона и Лайона Спрэга де Кампа.
Пол Андерсон и Франсис Карсак:
Об этих страницах биографии Карсака, включая воспоминания его американских друзей из писательской среды во вступительной статье "Человек-Гора французской фантастики", включённой в первый омнибус, пишет Лев Сергеевич Самуйлов, переводчик с французского, кто несколько лет назад занимался проектом по изданию малотиражного собрания сочинений Франсиса Карсака.
«„Робинзонов космоса“ я написал, даже не помышляя о том, чтобы когда-либо выпустить их в виде книги. Затем, примерно в то же время, когда появилась серия „Рэйон фантастик“, я завершил свой третий роман — "Пришельцы ниоткуда“. Я предложил его — он был принят и издан. У меня даже попросили ещё один. Тогда я вернулся к рукописи „Робинзонов“ и создал из неё роман, сильно отличавшийся, как мне кажется, от изначального варианта. Эта книга, из всех мною написанных, имела наибольший успех. Она была переведена на испанский, итальянский, румынский, болгарский и русский. В России её публикация обернулась настоящим триумфом. Там, за железным занавесом, этот роман очень нравится читателям».
Почему третий роман, спросите вы? Потому что первый вариант "Робинзонов космоса" появился ещё в 1945 году и носил название "L’Aventure cosmique" ("Космическое приключение"). Перед книжной публикацией в Gallimard был значительно доработан. Так что до первой книжной публикации у Карсака в копилке было ещё два романа: один забытый на много лет, второй недоработанный.
Первая публикация на русском языке — в виде отрывка из романа в переводе Феликса Мендельсона — была в декабрьском номере журнала "Вокруг света" за 1960 год. В следующем году роман был опубликован уже целиком, в приложении к "Вокруг света" — журнале "Искатель". С этого произведения и началось знакомство советских читателей с творчеством француза Карсака. "Пришельцы ниоткуда" изданы на русском в 1967 году, "Бегство Земли" и "Львы Эльдорадо" — в 1972-м. Началось же всё с романа о людях, которые в результате настигшей Землю катастрофы оказались на чужой планете, где были вынуждены выживать и отвоёвывать себе место под чужим солнцем.
Обложка апрельского номера журнала "Искатель" за 1961 год, где была опубликована первая часть полного перевода "Робинзонов космоса". Год и месяц, напомним, крайне важный для СССР: 12 апреля 1961 года в космосе побывал Юрий Гагарин. Так что время первой полной публикации Карсака на русском совпало с началом пилотируемых полётов в космос.
Ещё один роман о вынужденных дальних странствиях землян, в этот раз вместе с планетой, был опубликован в 1960 году. Речь о "Бегстве Земли" (Terre en fuite). Начал работать над этим произведением Карсак много раньше. Ещё в начале 50-х была готова примерно треть романа, который тогда носил название "Великие Сумерки" (Le grand Crépuscule). Книга вышла в том же издательстве Gallimard и в той же серии Le Rayon Fantastique, но уже под номером выпуска 72.
Помнится, "Бегство Земли" при первом чтении покорил своим размахом. Целая планета улетает в космос, спасаясь от уничтожения: такого даже в "Звёздных войнах" не увидишь! Хорошо описывает те ощущения цитата из отзыва moonwalker72 на странице романа на ФЛ:
цитата
"Совершенно эпическая вещь. Пусть по современным представлениям скорее ближе к фэнтези, чем к суровой НФ. Тем не менее — впечатляет охват временных промежутков и, конечно, масштабность — размеров и энергий".
Роман "Львы Эльдорадо" (La vermine du lion) был издан в 1967 году, через пять долгих лет после последней предыдущей публикации автора — романа "Этот мир — наш", продолжающего историю "Галактического Содружества".
Вот что об этом написано во вступительной статье Льва Самуйлова:
цитата
"Затем читателям пришлось ждать до 1967 года, когда им наконец выпала возможность прочесть «Львов Эльдорадо», вышедших в издательстве «Флёв нуар». (Впрочем, сам Карсак как-то раз признался своему другу Франсису Валери, что этот роман предназначался для «Рэйон фантастик», но закрытие серии в 1964 году надолго задержало публикацию. Эта информация позволяет полагать, что «Львы Эльдорадо» были написаны примерно в то же время, когда были изданы предыдущие два романа.)
Своим уровнем этот роман значительно превосходил обычные публикации, и это оказалось для «Флёв нуар» счастливой неожиданностью. Франсис Карсак написал его всего за три месяца летних каникул.
В этой книге, за десять лет до того, как тема стала модным сюжетом, он встал на защиту экологии, и делал это куда более интересно, чем многочисленные сторонники экологической доктрины впоследствии.
Книга была, как написано выше, издана в Fleuve Noir, в издательской серии Fleuve Noir — Anticipation (310 выпуск в общей хронологии). Обложку для издания создал Гастон де Сент-Круа (Gaston De Sainte-Croix). Об этом художнике известно, что он начал карьеру ещё в 30-х с литографий, которые имели явно эротическое содержание. К книжной иллюстрации он обратился в конце сороковых. С 1966 по 1973 годы иллюстрировал фантастические романы для Fleuve Noir. Интересный факт: художник дружил с русским иммигрантом Фёдором Рожанковским, кто покинул Российскую империю после Первой Мировой. Он был известен тем, что одинаково активно и успешно работал как иллюстратор детских и эротических книг: неплохое сочетание. В профессию путь ему открыла встреча в Париже с Сашей Чёрным. В своих работах Рожанковский охотно использовал мотивы русского фольклора (интересно, его эротических иллюстраций это тоже касалось?). Он дружил со многими русскими художниками из эмигрантской волны, включая Ивана Билибина.
"Львы Эльдорадо" (более точный вариант названия — "Паразиты в гриве льва" ("Львиные паразиты")) по мнению критиков и специалистов по НФ считается лучшим романом в творческом наследии автора. Карсак посвятил роман своим американским друзьям — Полу Андерсону и Леону Спрэгу де Кампу. Несмотря на всеобщее признание на родине и в России, роман до сих пор не издавался на английском и не был опубликован в США, несмотря на то, что сюжет "Львов Эльдорадо" вполне себе напоминает об "Аватаре" Кэмерона. Всесильная корпорация собирается опустошить далёкую планету ради полезных ископаемых, но против узурпаторов-толстосумов поднимаются аборигены и земной геолог. Это немножко вестерн и убедительная фантастика с социальным и экологическим подтекстом. Но до сих пор книга недостаточно хороша для англоязычного мира. Де Камп уже после смерти Карсака пытался исправить эту несправедливость, даже сделал перевод романа и ходил с ним по издателям, но получил отказ на публикацию, общий смысл которого сводился к тому, что какого-то неизвестного до сей поры автора, неамериканца, ещё и умершего, издавать в США вовсе не с руки.
Зато творчество Карсака хорошо легло на загадочную русскую душу. И наконец пришло время представить творческое наследие этого интересного человека. кому с одинаковым успехом удавалось быть в образе учёного самым настоящим пещерным человеком, а в образе писателя — человеком из будущего, умеющего приближать звёзды и отправлять читателей в иные миры. "Азбука" представляет корпус произведений одного из ярких представителей НФ минувшего столетия в самом полном и лучшем на сегодняшний день виде — из тех переводов на русский, что есть. Автор, который успел написать всего семь романов, зато каких, да примерно два десятка рассказов и повестей, вошёл в число почётных членов настоящих фантастических робинзонов. Он всю жизнь в прямом смысле слова своими руками творил орудия труда и так вышло, что, несмотря на свой талант и дружбу с именитыми американскими фантастами, оставался на изолированном острове посреди огромного океана англо-американской НФ.
Для тех, кто добрался до финала материала, информация о втором омнибусе собрания сочинений Франсиса Карсака. В августовском плане — том "Пришельцы ниоткуда", в который войдут, помимо давшего название тому, роман "Этот мир — наш" (оба в переводе Ф. Мендельсона) и "Наша родина — космос" в переводе Аркадия Григорьева, а также рассказы из условного "Доисторического цикла" в переводе Льва Самуйлова и Максима Безгодова.
Для финальной точки — фото могилы Франсуа Борда на кладбище городка Карсак-Айлак. На одном фото видны разложенные на крышке склепа те самые наконечники копий, в воссоздании которых учёный (и писатель) достиг такого совершенства, что стал отчасти человеком той эпохи, которую изучал. Если вы думаете, что стать первобытным человеком просто, попробуйте написать фантастический роман, который станет классикой...
Онакомительный фрагмент — во вложении (без вступительной статьи, сразу фрагмент романа "Робинзоны космоса").