# Нет ничего лучше плохой погоды

--- фантЛабораторная работа

---

Нет ничего лучше плохой погоды


Катя пыталась засунуть зонт в пакет, стоя одной ногой на подножке маршрутки, когда её в спину толкнул лысоватый мужик:

– А ну, давай, шевелись, всем на работу надо!

Зонт наконец-то попал куда нужно, она зашла в салон и, цокнув языком, обернулась через плечо, пытаясь испепелить мужика взглядом. Ну, хоть настояние ему испортить, реально напакостить она ему не могла – не её специализация.

Зато сегодня она видела его. Идеальное совпадение, надо будет заскочить перед сменой к аналитикам, пусть посмотрят вероятности. Она вынула из сумки ни к чему не подключенные наушники и заткнула уши тишиной, чтобы сосредоточиться.

С зонта сквозь пакет всё-таки натекло в туфли. И заметила Катя это только когда вылезла из транспорта возле работы. Вроде бы в нижнем ящике должны были быть кроссовки, или нет?

Дохлюпав до своего рабочего места, Катя потянула ящик на себя:

– Юль, чья сегодня смена у аналитиков? – взгляд её упал на открывшуюся коробку с обувью, втиснутую рядом с «дежурной» вазой и катушкой ниток с иглой. Это были растоптанные в хлам балетки с резинкой по периметру, делавшую необутую балетку похожей на засохшую корочку хлеба. Мама, неодобрительно глядя на них, так всегда и говорила, опять одела свои «корочки». Ну что, надо было думать об этом раньше, когда лень было тащить сюда приличную пару вместо той, что жалко было выбросить.

– До двенадцати – Майя Юрьевна! – сказала Юля, не отрываясь от своих графиков. – Пойдешь на пятый, купи мне кофе, а то я засыпаю.

Катя подвернула мокрые брючины, стянула носки и втиснулась в балетки. Посмотрела на свои ноги в «корочках» - спасибо, что не сланцы – и побежала на пятый этаж.

Майя Юрьевна была женщиной неопределённого возраста, все, кто работал сейчас в бюро, пришли до неё. Даже Олег, десять лет руководивший «метеорологами», а до этого отпахавший лет тридцать рядовым сотрудником, помнил её такой, какой она была сейчас. Нет, это, конечно не сравнить, Катя – ей всего-то двадцать два, у неё пока, так сказать, «первая» жизнь, но даже Олегу было при всём его цветущем виде «за тридцать пять» - не меньше шестидесяти. Сколько же тогда Майе?

Катя распахнула дверь к аналитикам:

– Майя Юрьевна, посмотрите мне, пожалуйста, линии вероятности на сегодня по объекту 325-с и… Сейчас посмотрю, какой ему присвоен номер по реестру, – Катя уткнулась в коммуникатор и посмотрела статистику на 7-30 утра. – 459-к.

Пальцы Майи Юрьевна забегали по клавиатуре, отбивая бодрый утренний ритм.

– На какое время тебе? Кстати, что у тебя на ногах?

– Чем раньше, тем лучше, но сегодня было бы очень кстати – мне скоро отчет по практике сдавать, – Катя попыталась встать так, чтобы не светить своей оригинальной обувью. – А ещё я видела, что он сегодня стоял на остановке без зонтика.

– Вот всё вам, молодежи, надо сразу. Ну подождала бы пару… лет, - Майя улыбнулась. – Знаешь, сколько ещё у тебя будет таких 325-с и 459-к? Тьма! Это я тебе как заслуженный работник бюро говорю. Так, вот тебе график, лови. На почту я тебе продублирую.

Принтер начал печатать ленту, и Катя в нетерпении ухватила её за край. Как будто, если потянуть, она напечатается быстрее. Линии вероятности сходились на временной отметке 19-20. Над точкой стояла пометка «Проливной дождь».

– Ну не-е-е-ет… – Катя запрокинула голову и пару раз хныкнула для убедительности. Потом прищурила глаза и умоляюще посмотрела на Майю Юрьевну.

– Не любишь плохую погоду? – Майя делала вид, что не понимает к чему Катя демонстрирует ей свои актёрские способности.

– Обожаю, но…

– Нет, звонить не буду, иди сама, он тебя не съест. А дождь тебе всё равно нужен.

– Ла-а-адно, – протянула Катя и чмокнула Майю в благоухающую щёку. – Спасибо, побежала преклонять колено, – и она рванула в коридор к боковому переходу к северному крылу, где на последнем этаже сидели «метеорологи»

– Ну портал же есть, дурында! Или лифт на крайний случай…

Катя пролетела мимо стойки с кофе и ухватившись на бегу за дверной проём перехода, затормозила:

– Миша, дай мне один с корицей.

– Куда летишь-то? – Миша вытащил приготовленный заранее стакан и в который раз написал маркером свой телефон на крышке. А вдруг? Среда – значит, Юля с ночной, а с корицей кроме неё никто не пьёт.

– К «метеорологам». Спасибо! – Катя развернулась и почти побежала. До неё долетели мишины слова:

– Ты же в курсе, что они терпеть не могут, когда их так называют?

– Да-да-да… – бубнила Катя, перескакивая через ступеньку.

У «метеорологов» как обычно была сорочинская ярмарка: все орали, кто-то пытался говорить по телефону и жестикулировал для пущей убедительности, двое стояли около Олега, видимо, с докладом. Только Леночка, секретарь, сидела спокойно, перебирая пальцами по клавиатуре, невозмутимая, как всегда:

– Ты к Олегу?

Катя кивнула. Ладони уже вспотели, и лента с графиками стала похожа на кусок гофрированной бумаги.

Олег посмотрел на неё, остановил взгляд на ногах, и кивнул на дверь своего кабинета:

– Заходи, я сейчас.

Катя села и вытянулась в струну, как будто проглотила антенну радиоприемника, при этом попытавшись спрятать ноги подальше под стул.

– Олег Сергеевич, мне нужен сегодня дождь на проспекте Ленина в районе Публичной библиотеки с 19-00 до 19-50, – Катя решила, что лучше уж сразу всё выложить и быстрее убраться к себе. Она проводила его взглядом от двери до его рабочего места.

– Зачем?

– У меня заканчивается практика, а мне для отчёта нужно что-то посущественней ведения архива «случайных» встреч и статистики сошедшихся вероятностей для аналитиков. Вот, смотрите, – Катя обошла стол, встала около него и разложила ленту, разглаживая складки рукой. – Если сегодня они попадут под дождь, желательно ливень, а не морось, они познакомятся. И прогноз хороший, я посчитала. – Она задела его локтём и резко отдернула руку, встав по стойке «смирно».

Чёрт, конечно он заметил! Её била мелкая дрожь. Хоть бы всё выгорело! Сидит, как изваяние, даже не поймёшь по лицу, какие перспективы её ждут…

– Леночка! – Олег нажал кнопку на своём коммуникаторе. – А что у нас там по осадкам?

– Игорь в отпуске, Инна на больничном, а Саша в командировке с сегодняшнего дня – на обучение поехал, в штатах же сезон торнадо начался.

– Ну хорошо, – он встал из-за стола, поднял жалюзи на окне и подошёл к Кате. – Я сам займусь. Ливень, так ливень – как откажешь девушке в такой обуви, – он улыбнулся.

Если бы Катя хоть раз видела этих варёных раков, которых все поминают, то поняла бы, как выглядит. Казалось, даже уши у неё пылали.

– А долгосрочный прогноз кто делал?

– Я сама, – Катя потянула за край ленты, сворачивая ее в трубочку. – Я, правда, отчет ещё не составляла, я пока сюда шла, в уме прикинула.

– Хотите со мной? Сразу и увидите результат, если он, конечно, будет.

– Спасибо, – Катя пятилась в направлении двери, а он стоял и смотрел, прекрасно понимая, что смущает её. – До свидания!

– Обувь, надеюсь, у тебя другая есть? – крикнул он ей в след.

***

Майя налила Олегу чай и поставила перед ним вазочку с печеньем:

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Она ещё ребёнок. Да, при хорошем раскладе, она внешне такой и останется. Но таких у тебя было столько, что даже я уже со счёта сбилась.

– Она меня интересует не в этом смысле, – Олег отхлебнул чай. Или и в этом тоже? Он улыбнулся. – Ты знаешь, она любит плохую погоду. Говорит, самые крепкие отношения всегда подкреплены плохим прогнозом: ливень при знакомстве, ветер на первом свидании, мороз в самый трогательный момент признания. Она может сама в уме просчитать на годы вперед будущее, видит углы и перспективу. А самое главное – она видит точки отсчёта. И я хочу дождаться того момента, когда ей дадут возможность себя проявить в полной мере. Она просто пока даже не осознаёт своих возможностей.

– То есть, ты хочешь сказать, что когда мне осталось два понедельника до пенсии, ты уже видишь, как она меня заменит? – Майя пыталась придать своему вопросу угрожающее звучание, но всё равно выходило, как будто она надеется поскорее сбыть руководство отделом с рук.

– Да, и я надеюсь, что на это представление у меня билеты в партер, – он поставил кружку на отчёт аналитиков по объектам 325-с и 459-к. Толстый отчёт, выполненный силами трёх сотрудников в течение рабочей смены и предварительно просчитанный в уме двадцатидвухлетней стажёркой за 15 минут. Следующие лет пятьдесят обещали быть интересными.